После нового опыта возвращение домой может оказаться неожиданно болезненным. Знакомые декорации вызывают эмоциональную тяжесть, а прежняя жизнь будто пытается вернуть себе привычное место, хотя такой, как раньше, она уже не будет. Как снова почувствовать опору, пережить возвращение и не застрять в затяжной тоске после волонтёрского проекта? Поговорили с психологиней и психотерапевткой Екатериной о том, почему этот период бывает таким непростым, какие инструменты действительно помогают адаптироваться и почему идея сразу отправиться на следующий проект может оказаться не лучшим решением.

Что остаётся с нами, когда мы возвращаемся домой?

Многие участники и участницы волонтёрских проектов признаются: «Там я был_а собой, а здесь –  нет». Это ощущение знакомо почти каждому, кто хоть раз уезжал из привычной жизни в новую среду. Реальная ли это перемена в человеке или просто оптический эффект контраста?

Вопрос на самом деле многослойный. Волонтёрский проект – это смоделированная, искусственно созданная среда, разительно отличающаяся от повседневности. Там не действуют привычные требования: нет давления работы, нет тех, кто знает вас давно и ждёт от вас определённого поведения, нет привычных бытовых обязательств. В таких условиях некоторым личным чертам действительно легче проявиться: человек свободнее экспериментирует, легче соглашается на новый опыт, острее ощущает новизну происходящего. Отсюда и контраст: «там я жил, а здесь не живу».

Но как отличить подлинное раскрытие от иллюзии, рождённой обстоятельствами?

Ключевой критерий – способность к интеграции. Важно понять: можете ли вы вычленить, что конкретно позволяло вам чувствовать себя собой в той обстановке и способны ли перенести это в обычную жизнь. Допустим, в волонтёрском проекте вы неожиданно для себя начали выступать публично и поняли, что вам это нравится и хорошо удаётся. Вопрос в том, готовы ли вы встроить это в повседневность: начать вести мини-лекции для соседей, собирать друзей и делиться идеями, организовать домашний киноклуб.

Если такое действие находит отклик, вызывает интерес и прилив энергии – значит, открылась настоящая часть вас, просто условия волонтёрства помогли ей проявиться. И тогда её можно и нужно возвращать в свою жизнь.

Если же сил, ресурсов или желания на интеграцию не находится, вероятно, речь не о перемене личности, а о совпадении обстоятельств: особая атмосфера момента подарила яркое переживание, но не отозвалась внутренней потребностью продолжать. 

Амбассадорка ВУЧ Катя – о своём опыте переживания «возвращения к привычной жизни».

«Я стала замечать разницу между собой и людьми, которые еще ни разу не выезжали на подробные проекты, не знакомились с таким количеством культур и пытались ужиться с ними всеми, будучи понимающими и принимающими. Психологически мне было сложно понять тех людей: почему они осуждают, брезгуют имеют предрассудки, но это научило меня толерантности к обеим сторонам. Не даром же в мире есть это классическое социологическое разделение, которое в свое время описал Роберт Мертон. Он выделял «локалов» и «космополитов»: «Локалы» ориентированы на свою узкую среду, у них меньше контактов с внешним миром и, как правило, более традиционные взгляды. А вот те, кто путешествует и возвращается, часто переживают так называемый обратный культурный шок, меняя свой взгляд на мир и становясь частью более широкого сообщества, для них прежний мир уже перестает быть прежним.»

Мария – о своём опыте возвращения после волонтёрства

«По ощущениям было, как будто я съездила в детский лагерь на целый год. В котором есть своя жизнь, правила, и он понятен до конца только тем, кто это проживает. Еще этот год был годом адаптации в стране, когда вместе с тобой ходят делать банковскую карту, регистрацию и все бытовые и легальные моменты, буквально проводят за руку. Так что несмотря на то, что это опыт,  который помогает взрослеть (новая страна, язык, окружение, буквально все), вместе с тем он очень бережный. Он оказался для меня таким трамплином, готовящим к самостоятельной дальнейшей жизни за границей.»

Как говорить об изменениях так, чтобы вас поняли близкие

Есть ещё один важный нюанс в работе с опытом волонтёрства: не просто пересказывать историю, а переводить её в конкретные качества и приобретённые навыки.

Это особенно заметно, когда мы пытаемся поделиться переменами с близкими. Родственники часто не понимают нас и дело не в их невнимательности, а в том, что человеческое восприятие плохо считывает смысл из голых историй. Если вы говорите «я жил с людьми из двенадцати стран», люди  просто фиксируют факт и не понимают, что изменилось в вас. 

Совсем другое дело – сформулировать опыт через качество. Не «там были представители двенадцати стран», а «благодаря этому опыту я теперь свободнее говорю на иностранном языке», «мне легче знакомиться с новыми людьми и выдерживать неопределённость в малознакомых отношениях», «я стал_а чаще шутить». Такой опыт понятен и не только окружающим, но и вам самим: его легче интегрировать, потому что он назван и осознан. Если родственники или друзья обесценивают ваш опыт – важно понимать: дело не в равнодушии, а в том, что они физически не могут пережить то, что прожили вы. У них нет доступа к этому опыту даже наполовину.

Поэтому не стоит ждать, что они поймут вас с полуслова. Эффективнее всего переводить рассказ в конкретные результаты, такой язык понятен близким, даже если у них нет похожего опыта, потому что он говорит не про пережитое вами приключение, а про то, что изменилось именно в вас.

Я думаю, что надо самому осознавать и брать ответственность за то, какие изменения с тобой происходят, не принимая близко к сердцу то, что говорят те, кто не пережил того же. Это нормально чувствовать что-то не так, как все. А друзьям и семье можно не объяснять, а рассказывать интересные истории показывая фотографии. Если это ваш путь, то нужные вам люди поймут. А думаю семья и близкие поддержат своим путем – амбассадорвка ВУЧ Катя 

Побег или возвращение: чему на самом деле должно служить волонтёрство

Здесь стоит обозначить важную развилку: волонтёрский проект может быть либо способом сделать вашу обычную жизнь лучше, либо способом сбежать от неё. И разница между этими сценариями принципиальна.

В здоровом варианте волонтёрство – это то, что в итоге помогает вашей реальной жизни стать местом, куда вы хотите возвращаться. Для этого важен своеобразный «гэп» – пауза и осмысление между проектом и повседневностью. В этой паузе стоит честно спросить себя: что я привёз_ла с собой? Какой опыт я ассимилирую? Как он встраивается в мою жизнь, что он мне в ней дал? Когда такая работа проделана, становится легче ехать в следующий проект, за новым опытом.

Если же волонтёрство становится способом убежать от собственной жизни, в которой что-то не так, – это уже другая история. В этом случае проект не наполняет повседневность, а замещает её, становится бегством от того, что не получается изменить или принять дома. Поездка раз в год или периодическая активность, которая не подменяет жизнь целиком, а становится её дополнением – это способ сделать повседневность более насыщенной и осмысленной.

Ты очень привыкаешь к новому месту, людям. Сначала это все чувствуешь, как будто ты вышел из своей зоны комфорта и все очень непривычно, но потом ты очень быстро сближаешься с людьми из разных стран, привыкаешь к новой стране, знакомишься с новыми культурами и языками. После такого опыта возвращение домой чувствуется как очень быстрая перемена и резкий скачок. Люди, которые не имеют подобного опыта, могут не понимать, почему за такой короткий период ты привязался к тем людям и местам, но каждый, кто хоть раз был на таких проектах, знает, каково это – скучать по тем дням – Виолет, читательница ВУЧ

Как распаковать опыт волонтёрства и не остаться с ним один на один

Если говорить о конкретных техниках, помогающих «распаковать» опыт волонтёрского проекта, есть простое и эффективное упражнение.

Упражнение «Два столбика»

Возьмите лист бумаги и разделите его на две колонки.

В первой колонке выпишите всё, что вы реально испытали и приобрели за время проекта: конкретные навыки, моменты, ощущения. Например: «выступал_а перед аудиторией», «свободно общалась с иностранц_ками», «узнал_а много нового о морских черепахах».

Во второй колонке для каждого пункта пропишите, как это может встроиться в вашу обычную жизнь. Если вы говорили с людьми из разных стран, возможно, вам захочется ходить в English Speaking Club или заниматься каучсёрфингом, принимая гостей из других культур, чтобы поддерживать межкультурный обмен. Если вы выступали публично, то подумайте, где можно продолжать эту практику дома.

Главное в этом упражнении – провести мостик от компетенции, приобретённой в проекте, к реальной жизни, и честно спросить себя: хочу ли я этого продолжения? Нужно ли мне это?

Домой обычно легко возвращаться, по нему скучаешь время от времени, даже когда находишься за границей. Мне лично не говорили ничего вроде «почему ты скучаешь». Я до сих пор время от времени вспоминаю некоторые моменты из ESC и действительно согласна, что, когда я была на проекте, чувствовала больше свободы, чем дома. Новая страна, новое окружение заставляют тебя меняться и расти. Как объяснить «abroad/project sickness»? Ну, я бы объяснила это так: как летние каникулы в детстве, особенно если это в деревне или где-то в лагере. Все любили дурачиться, играть с новыми друзьями, проводить время на улице, гулять по новым районам, куда родители не пускали. Покупать какие-то чипсы, сладости и на карманные деньги. Гулять до поздней ночи. Ну вот, воспоминания после ESC похожи на летние каникулы. Кто их не любит? – Мария про свой опыт возвращения после волонтёрства. 

В волонтёрском проекте обычно присутствует ощутимый всплеск новизны, постоянное ощущение жизни «на кончиках пальцев». А когда вы возвращаетесь домой, неизбежно происходит спад: уровень дофамина падает, появляется чувство замедления и, в зависимости от условий жизни, лёгкая серость происходящего.

Это нормальная реакция, а не сигнал того, что что-то не так. Важно лишь, чтобы волонтёрство не превращалось в побег от этой серости, а ваша обычная жизнь – в нечто, от чего хочется бежать. Задача – научиться постепенно замедляться, интегрировать полученный опыт и находить смысл именно в повседневности, вне ярких волонтёрских проектов. Тогда возвращение домой становится не разочарованием, а естественной частью пути, местом, куда вы действительно хотите приходить снова.